Еще раз о Несторе Климове: иконы которого покорили Москву

Я уже писал о Несторе Климове в своей статье от 2020 года. Прошло почти 6 лет, и я понимаю, что необходимо вновь вернуться к биографии этого иконописца. Дело в том, что мне удалось найти биографические сведения о нем. Некоторые моменты из его биографии объясняют его профессиональную деятельность.

Итак, начнем с факта, который поначалу кажется абсолютно невозможным для человека такой тонкой, почти интеллектуальной профессии. Выдающийся московский иконописец-старинщик и знаток древней живописи Нестер Климович Климов... не умел ни читать, ни писать.

В архивной книге брачных обысков Рогожского кладбища за 1841 год мне удалось обнаружить приписку: «...а за незменіемъ его грамотѣ читать и писать по его личному прошенію... руку приложилъ московской мѣщанинъ Федоръ васильевъ жигаревъ». Как человек создавал шедевры, бывшие эталоном для старообрядцев, без знания грамоты? Мы разберем это ниже.

А пока — давайте взглянем на официальное досье мастера, которое удалось восстановить по крупицам из сухих архивных фондов и Сенатских объявлений:

Хроника жизни Нестера Климова

Родился около 1798 года, умер 5 октября 1868 года (похоронен 8 октября на Рогожском кладбище в Москве).

Московский мещанин, профессиональный иконописец-старинщик, эксперт по реставрации, врезке и исправлению древней живописи.

Из старообрядцев-поповцев (беглопоповцев). Был прихожанином Рогожского кладбища. 

Был женат. В декабре 1841 года в Рогожской части у него родилась дочь Анастасия (восприемниками стали крестьянин Михаил Мукин и, предположительно, сестра мастера Анна Климова). Также, предположительно, имел сыновей Александра и Феодора (подробнее об этой загадке в конце статьи).

Жил и работал в Рогожской части. В 1852 году приобрел там же, в 3-м квартале, участок земли (пустопорожнюю белую землю под № 451) у воскресенского мещанина Ф. Ф. Андреева за 900 рублей серебром.

Был исключительно состоятелен. Помимо покупки земли, в мае 1852 года выдал огромный заем мещанину Власию Светлову под залог его дома на сумму 1714 рублей серебром.

Высочайший уровень его стилизаций под новгородские и строгановские письма подтверждается тем, что спустя годы его работы экспонировались на престижной Археологической выставке 1890 года.

Согласитесь, этот сухой список порождает еще больше вопросов. Как неграмотный ремесленник ворочал тысячами рублей серебром и откуда у него были такие связи?

Тайны Рогожского клана

Нестер Климов не был мастером-одиночкой. Архивные документы, а именно исповедные ведомости Мартиновского прихода за 1847 год, помогли восстановить состав семьи и возраста.

Старшим в семье был Клим Климович (родился около 1785 года) — цеховой столярный мастер. Средним — мещанин Иван Климович (родился около 1794 года). Нестер (родился около 1798 года) был младшим из братьев.

Долгое время вся огромная семья жила вместе в общем родовом гнезде — усадьбе на Таганке (в Мартиновском приходе). Именно там проходила профессиональная выучка Нестера. В то время как его брат Клим руководил столярным делом, подготавливал и резал безупречные деревянные доски, Нестер Климов превращал их в высокохудожественные иконы «под старину».

Обратите внимание на оборотную сторону одной из икон, а именно с образом Господа Вседержителя, датированной 1862 годом. Как я уже писал в предыдущей статье икона хранится в ГИМе, а поступила туда из коллекции Николая Михайловича Постникова. Интересно, что на доске сохранился автограф Н. М. Постникова с датой 1864 г. На доске имеются также две пометки, сделанные рукой столяра Клима Климовича. Слева у нижней шпонки пометка "НАША" и ниже у самого края доски помета - "снять фа[ску]". Теперь становится понятна виртуозность столярных операций при переносе старой живописи на новые доски. Эту часть работы выполнял его старший брат, профессиональный мастер.

Поиск в архивных материалах постоянно подбрасывал новые загадки. неожиданно я наткнулся на некоего мещанина Нестора Иванова Климова. Когда удалось собрать информацию о всех членах этой большой семьи, картина стала выстраиваться и стало понятно, что это племянник иконописца и сын брата Ивана Климовича.

В метриках фигурировали женские имена и среди них две Анны, разных возрастов. Одна из них оказалась внучатой племянницей иконописца, а старшая, возможно сестра - Анна Климова (~1823–1888). Она осталась девицей (не вышла замуж) или сохранила мещанский статус Хамовой слободы до самого конца жизни, поэтому в 1888 году в книге погребенных Рогожского кладбища она записана строго под своей девичьей фамилией Климова.

Климовы только казались простыми ремесленниками, на самом деле они вращались в кругах старообрядческой элиты Москвы. Свидетельство тому — метрика 1846 года о крещении племянницы Нестера, новорожденной Анны.

В синодальную церковь крестить ребенка к простым столярам пришел не кто-нибудь, а Антон Тимофеевич Гусев — сын знаменитого московского купца. Династия Гусевых — это суконные магнаты, миллионеры и лидеры общины Рогожского кладбища. Тот факт, что купеческий сын такого уровня стал кумом в семье Климовых, доказывает: иконы Нестера и столярные работы его брата Клима пользовались огромным спросом у самых богатых покровителей староверия.

Заработав внушительный капитал на реставрации древних писем для купцов, он решает отделиться. Его брат Иван в 1849 году продает свою долю усадьбы Климу, а сам Нестер забирает причитающуюся ему часть деньгами.

Именно на эти средства иконописец покупает тот самый собственный участок в 3-м квартале Рогожской части, который зафиксирован в купчей 1852 года. Братья разделяют бизнес и имущество, еще не зная, что впереди их ветви ждет совершенно разная судьба — богатство Нестера и трагический финансовый крах дома Клима.

Долгое время судьба прямых наследников Нестора Климова оставалась для меня полной загадкой. После смерти в октябре 1868 года их след в Москве словно обрывается. 

Старший брат Клим Климов умер раньше, в 1860 году от холеры. Запись о смерти сообщает, что ему исполнилось 75 лет. "Климъ Климовъ Московскій цѣховой столярнаго цѣха. Изъ собственнаго дома. (75) Отъ холеры.

Родовая усадьба его брата Клима на Таганке из-за огромных долгов перешла к купцу Царскому, ремесленный бизнес пошел ко дну, и семья рассеялась.

Но настоящая детективная разгадка обнаружилась за тысячи километров от Москвы — в архивных фондах Новочеркасска.

В «Донских епархиальных ведомостях» за 1894 год была опубликована интересная выписка — «Вѣдомость о присоединенныхъ къ православію раскольникахъ... за 1892 годъ». В ней указано, что в Области Войска Донского старообрядчество оставили:

«...Рязанской губ., деревни Хариной, каз. Кириллъ Ларіоновъ Морозовъ, жена его Ѳеодосія Аѳанасіева, дѣвица Гликерія Ив. Дороѳеева, сынъ ур. Александръ Нестер. Климовъ, сынъ ур. Ѳеодоръ Нестеровъ Климовъ и дочь ур. Анастасія Нестер. Климова».

Рядом с ними в документе упоминаются крестьяне деревни Хариной Рязанской губернии. Как московские мещане и цеховые мастера вдруг превратились в рязанских отходников на Дону?

Надо было учесть специфику ремесленной Москвы XIX века. Деревня Харино Егорьевского уезда Рязанской губернии была крупнейшим историческим центром, откуда мастера-столяры массово уходили на заработки в Москву. Там они записывались в цеха, но юридически часто сохраняли связь с родиной. Предки Нестора, очевидно, вышли именно из этих мест.

Понятно, что совпадение имён и принадлежности к старообрядчеству может быть лишь случайностью, но что если, упомянутые на Дону Александр, Феодор и Анастасия (род. в 1841) — это родные дети нашего иконописца Нестора Климова.

После смерти отца в 1868 году и краха семейного дела в Москве повзрослевшие дети вернулись на историческую родину рода — в Рязанскую губернию. Позже, уже в составе местной старообрядческой общины, они переселились на донские земли. И лишь на закате века, в 1892 году, они приняли судьбоносное решение — перейти из раскола в официальное православие, навсегда закрыв старообрядческую главу истории великого ремесленного клана Климовых.

Так, сквозь сухие строчки синодальных ведомостей и Сенатских объявлений, перед нами оживает подлинная история человека, который не умел писать буквы, но чьи написанные кистью святые лики пережили эпохи, кризисы и переселения.

Источники и литература:

I. Архивные материалы (Центральный государственный архив города Москвы — ЦГА Москвы)

1. Ф. 246 (Коллекция документов старообрядческих общин Рогожского кладбища), Оп. 98, Д. 1, л. (скан) 106. Книга для записи браков, совершенных в церквах Рогожского кладбища за 1841 г. (Брачный обыск П. Т. Ершова, поручитель — Нестер Климов).

2. Ф. 246, Оп. 97, Д. 2, л. (скан) 259. Книга для записи крещения детей в церквах Рогожского кладбища за 1841 г. (Запись о рождении Анастасии Нестеровой Климовой).

3. Ф. №2122, Оп. №1, Д. №1078, (скан) 282). Метрическая книга церкви Мартина исповедника на Большой Алексеевской улице. (Запись о смерти Клима Климова).

4. Ф. 246, Оп. 152, Д. 1, л. (скан) 71; Оп. 135, Д. 4, л. (скан) 47. Метрические книги умерших и похороненных на Рогожском кладбище за 1868 г. (Запись о смерти и погребении иконописца Нестера Климовича Климова).

5. Ф. 2122, Оп. 1, Д. 1076. Исповедные ведомости церквей Рогожской части за 1847 г. (Посемейный состав и возрастная сетка ремесленного клана Климовых по Мартиновскому приходу).

6. Ф. 203 (Московская духовная консистория), Оп. 745, Д. 554, л. (скан) 1094. Метрические книги церкви Св. Мартина Исповедника в Алексеевской новой слободе за 1859 г. (Сведения о сословии московских цеховых Климовых).

II. Опубликованные исторические источники и периодика XIX века

7. Купчая крепость от 18 января 1852 г. на имя московского мещанина Нестера Климова // Сенатские объявления по казенным, правительственным и судебным делам. — СПб., 1852. — № 21.
8. Извещение о наложении запрещения на дом В. Д. Светлова по закладной московского мещанина Нестера Климова от 6 мая 1852 г. // Сенатские объявления о запрещениях на имения. — СПб., 1857. — № 86.
9. Извещение о наложении запрещения на недвижимое имущество московского цехового Клима Климова по закладной купцу К. А. Царскому (Запись № 5,609) // Сенатские объявления о запрещениях на имения. — СПб., 1860. — № 22.
10. Вѣдомость о присоединенныхъ къ православію раскольникахъ, еретикахъ, лицахъ инославныхъ исповѣданій и просвѣщенныхъ святымъ крещеніемъ нехристіанъ за 1892 годъ // Донские епархиальные ведомости. — Новочеркасск, 1894. — № 12.

III. Материалы музейных коллекций и выставок

11. Коллекция икон Н. М. Постникова (поступления в Государственный исторический музей — ГИМ). Икона «Господь Вседержитель» 1862 г. с авторскими столярными пометами Клима Климовича («НАША», «снять фа[ску]»).
12. Каталог Археологической выставки в Москве 1890 года (сведения об экспонировании реставрационных и стилизованных работ Нестера Климова под новгородские и строгановские письма).

Так, спустя почти полтора века забвения, выдающийся мастер Нестор Климов наконец-то обрел свою подлинную земную историю. А я на этом прощаюсь с вами.

Ваш,

Ю. Мануйлов.