«...Прошу вас, тетенька Стефанида»: о чем рассказала оборотная сторона иконы

В прошлом году я писал о московских иконописцах Брониных. Самой известной личностью среди них был мастер Захарий Федорович Бронин. Поскольку прямых сведений о занятиях его сыновей иконописью тогда не имелось, я не стал вдаваться в подробности жизнеописания семьи.

Однако на днях на форуме ХВИ была выставлена икона «Ангел Благое молчание». На её оборотной стороне сохранились надписи, которые показались мне крайне интересными, так как в них фигурировала фамилия Брониных. Я связался с владелицей иконы, и она поделилась детальными фотографиями оборота, по которым удалось прочесть текст и понять, кому он адресовался.

Надписи на иконе:

«Внижно(й) Стефаниде Анътипьевой Брониной // за I (10) серебромъ».

Над пазом для утраченной нижней шпонки идет вторая запись:

«Еще прошу васъ тетинька Стефанида ненашлосъ ли Е(ще)? // какихъ рисунковъ то прошу саватиевне передайте (их)».

Прежде чем дать вам пояснения к этим надписях, я покажу семейное древо Брониных, что бы было проще понять, кто кому и кем доводился.

Поколение I

• 1. Фёдор Афанасьевич Бронин (1744/1749 — 1817). Иконописец, авторитетный учитель федосеевского старообрядческого согласия, позже перешедший в поморское согласие (Монинская моленная). С 1794 года жил в Москве, числился купцом 3-й гильдии в Большой Садовой слободе. Жена: Прасковья Гавриловна (род. ок. 1747/1748 — умерла после 1818). Дети: Иван, Захарий, Андрей.

Поколение II (Сыновья)

• II / 2. Иван Фёдорович Бронин (род. 1774). Переселился в Москву вместе с отцом в 1794 году. Дальнейших сведений о нем нет.
• II / 3. Захарий (Захар) Фёдорович Бронин (1777/1778 — 16 мая 1836). Иконописец, считавшийся в первой половине XIX века одним из лучших мастеров Москвы. Руководил иконописной палатой при Поморской Монинской моленной. Был купцом 3-й гильдии и мещанином. Около 1827 года перешел в единоверие. Умер от горячки. Жена: Евдокия (Авдотья) Гавриловна, урождённая Скачкова (1787 — 1861), дочь известного старообрядческого деятеля Г. Л. Скачкова. Была исключительно образованна, знала классические языки (греческий) и богословие. Переписала множество тетрадей, автор «Повести о обращении...» (1833 г.), хранительница семейного архива. Дети: Василий, Николай, Михаил.
• II / 4. Андрей Фёдорович Бронин (род. 1787/1791 — умер после 1858). Московский мещанин Большой Садовой слободы. В 1812 году венчался в церкви Преображения Господня в Преображенском. Жена: Марья Алексеевна, урождённая Тимофеева, дочь вечноцехового Ремесленной управы. В 1820 году вел судебную тяжбу со старшим братом Захарием из-за раздела отцовского наследства. Дети: Михаил, Егор (Георгий), Иван, Фёкла.

Поколение III (Внуки)

Линия Захария Фёдоровича:

• III / 5. Михаил Захарович Бронин (род. ок. 1806 — умер после 1861). Московский мещанин Садовой Большой слободы. В 1836 году зафиксирован как владелец и даритель иконописного рисунка (прориси) Хохлову. В 1845 году принял таинство миропомазания. Жил в доме своей матери Евдокии Гавриловны в Введенском приходе в Семеновской части Москвы и после её смерти стал его владельцем. Первая жена: Пелагея Гаврилова (род. ок. 1809 — умерла до 1847). Вторая жена: Акилина Иванова, урожденная Рублева (род. ок. 1830). Дети: Сергей, Фёдор, Василий, Александр, Серафима, Мария.
• III / 6. Николай Захарович Бронин (род. ок. 1807 — умер 1854). Московский мещанин, занимался перепиской книг. Позже обосновался в Нижнем Новгороде. В записи о смерти значится «арестантом», умер от «грудной водянки». Жена: Стефанида Антипьевна Бронина (род. ок. 1808). Упоминается в ревизской сказке 1858 года (50 лет) и в надписи на иконе. Дети: Иван, Николай, Екатерина, Ольга, Наталья.
• III / 7. Василий Захарович Бронин (род. ок. 1809 — умер 1846). Московский мещанин. Жил в доме матери. В 1846 году был миропомазан, в том же году умер от чахотки. Погребен на Единоверческом кладбище.

Линия Андрея Фёдоровича:

• III / 8. Михаил Андреевич Бронин (род. 1826). Предположительно, иконописец или владелец прориси с иконы «Чудо Георгия о змие» из Северодвинского собрания.
• III / 9. Егор (Георгий) Андреевич Бронин (род. ок. 1832). Московский мещанин. Первая жена: Авдотья Яковлевна (ум. 1858 от чахотки). Вторая жена: Пелагия Константиновна, урожденная Одинцова (ум. 1859 после родов). Дети: Марья.
• III / 10. Фёкла Андреевна (род. ок. 1827). В 1850 году вышла замуж.
• III / 11. Иван Андреевич Бронин (род. ок. 1839). Московский мещанин, неоднократно выступал поручителем при венчаниях.

Поколение IV (Правнуки)

• IV / 12. Фёдор Михайлович Бронин (род. ок. 1839 — 1902). Мещанин Большой Садовой слободы. Женился в 1859 году на Екатерине Астафьевой Лопатковой. Умер от болезни почек.
• IV / 13. Александр Михайлович Бронин (род. 1847). Родился в Семеновской части Москвы.
• IV / 14, 15. Серафима (ум. 1862, 12 лет) и Мария (ум. 1862, 5 лет) Михайловны. Обе умерли в феврале 1862 года от скарлатины.
• IV / 16. Марья Егоровна Бронина (род. 1858).
• IV / 17. Иван Николаевич Бронин. Отдан в рекруты в 1849 году.
• IV / 18. Николай Николаевич Бронин (род. ок. 1833 — уп. 1856).

Тайна первого слова и нижегородский след

Упоминаемая в надписи на вновь открытой иконе Стефанида Антипьевна Бронина — это жена Николая Захаровича Бронина (внука родоначальника Фёдора Афанасьевича). Мне удалось отыскать документы, согласно которым она происходила из купеческой семьи. В 1824 году Стефанида подавала прошение о выдаче свидетельства о сословии для выхода замуж за мещанина Н. З. Бронина. Благодаря этому мы знаем примерное время их венчания.

Новые архивные находки помогли пролить свет на первое, трудночитаемое слово в надписи. Изначально у меня была версия, что Стефанида названа там «книжной». Термин «книжный» в старообрядческой среде служил маркером духовной зрелости, начитанности и верности отеческим преданиям. Такой признанной начетчицей была её свекровь Евдокия Гавриловна. Вполне логично было предположить, что и Стефанида Антипьевна помогала мужу, ведь семья Николая Захаровича профессионально занималась перепиской старообрядческих книг. Первоначальное же чтение «Внижне(й)» казалось натянутым, поскольку Бронины коренным образом были связаны с Москвой.

Однако еще один обнаруженный документ заставил меня пересмотреть выводы. Это прошение на Высочайшее имя, поданное совместно нижегородским купцом А. Ф. Сосниным и московским мещанином Николаем Захаровичем Брониным.

 Оно было опубликовано в 1872 году в сборнике «Чтения в Императорском Обществе Истории и Древностей Российских при Московском Университете»:

«Нижегородскій купецъ Александръ Ѳедоровъ Соснинъ и Московскій мѣщанинъ Николай Захаровъ Бронинъ, при всеподданнѣйшемъ прошеніи на Высочайшее имя, представили рукописную Раскольничью книгу, подъ названіемъ «Апокалипсій,» за пріобрѣтеніе коей, стоившее, по ихъ словамъ, большихъ трудовъ и значительныхъ издержекъ, испрашиваютъ себѣ Всемилостивѣйшаго вознагражденія».

Этот фрагмент наглядно подтверждает книжные интересы Брониных. Судя по упоминанию купца Соснина, Николай Захарович мог обосноваться в Нижнем Новгороде уже к 1844 году.

Таким образом, версия со словом «Внижне(й)» (т.е. «В Нижнем») обретает реальный исторический фундамент. Свежие документы подтверждают: Николай Захарович с супругой действительно перебрались в Нижний Новгород. Там Бронин занялся активной агитацией, пытаясь склонить местных православных к поморскому согласию.

Ситуация выглядит интригующе, если вспомнить религиозную историю семьи. Его отец Захарий Федорович, а позже и мать Евдокия Гавриловна после временного закрытия Монинской моленной в 1826 году официально перешли в единоверие. Есть свидетельства перехода в единоверие и других членов семьи. По всей видимости, Николай Захарович с женой формально тоже стали единоверцами, но в душе хранили верность поморцам. По этому поводу даже нашелся официальный рапорт, сообщавший, что московский мещанин Николай Бронин «уклоняется от единоверия в раскол» — видимо, попросту не ходил в единоверческую церковь. В 1831 году он проживал в Москве вообще без паспорта, а затем объявился в Нижнем Новгороде. Там за ним потянулся целый шлейф нарушений: распространение раскола, подозрение в поджоге дома купца Молодова, кража имущества (за которую он был осужден) и, наконец, кончина в арестантском доме в 1854 году.

Кто оставил надпись?

Запись на иконе, по всей видимости, была сделана уже после смерти Николая Захаровича в 1854 году. Стефанида Антипьевна, оставшись в Нижнем, вероятно, унаследовала его архив с иконописными прорисями. Кому в итоге достались эти рисунки — вопрос открытый, но мы можем очертить круг претендентов.

Семья младшего брата отца, Андрея Фёдоровича, едва ли имела к этому отношение. Судя по архивным делам, они не поддерживали связей с линией Захария Федоровича из-за затяжного конфликта. В июне 1820 года Андрей Федорович подавал жалобу на брата Захария, который в октябре 1819 года запросил копию отцовского завещания и, вопреки воле родителя, урезал причитавшуюся Андрею долю имущества. 

У Андрея Фёдоровича было трое сыновей. Лишь об одном из них — Михаиле Андреевиче — есть некое упоминание в связи с иконописной прорисью «Чудо Георгия о змие». Теоретически он мог сделать надпись, но из-за семейной вражды это маловероятный сценарий.

Если вернуться к тексту надписи, автор использует ласковое обращение «тётенька». Это указывает на близкого родственника, скорее всего, племянника. Стоит отметить, что надписи сделаны разными почерками — возможно, писали два человека. Из содержания второй записи следует, что этот «племянник» часть рисунков уже забрал, а в случае обнаружения новых просит передать их ему через некую «Саватиевну» (вероятно, общую знакомую или родственницу-мирянку).

В семье старшего брата покойного мужа, Михаила Захаровича, росло трое сыновей: Сергей (ум. 1855), Василий (ум. 1846) и Фёдор (1839–1902). Сам Михаил Захарович был человеком обеспеченным, но данных о том, перенял ли он отцовское иконописное ремесло, у нас нет. Жили они в Москве в доме матери, Евдокии Гавриловны.

Василий и Сергей Михайловичи отпадают по датам кончины. А вот Фёдор Михайлович Бронин дожил до 1902 года. Примечательно, что его последним местом жительства на конец жизни значится та самая Большая Садовая слобода, где стоял родовой дом Брониных. В 1854 году (на момент смерти дяди в Нижнем) Фёдору было около 15 лет — возраст ученичества и творческих поисков. Он вполне мог детально расспрашивать тётку о наследии. Разница в почерках тоже укладывается в эту гипотезу: первая надпись, выполненная строгим поморским полууставом, выглядит архаично, а вторая, сделанная беглым письмом, близким к гражданскому, вполне могла быть набросана рукой молодого человека.

Конечно, в списке претендентов мог оказаться и кто-то со стороны кровных родственников самой Стефаниды Антипьевны, но поскольку сведений о её девичьей семье почти нет, версия с племянником по мужской линии Брониных (а именно Фёдором Михайловичем) выглядит наиболее весомой.

 И в заключении еще один документ (список с книги и посвящение, написанное рукой Евдокии Гавриловны) и после её смерти купленный у внука Фёдора Бронина.

А вот имя мастера, написавшего этот образ «Ангела Благое молчание», пока остается загадкой. Будем ждать новых находок, на этом я прощаюсь с вами, мои читатели.

Ваш,

Юрий Мануйлов.

Случайная закономерность: история атрибуции икон иконописца В. Зайцова»

Всякий, кто посвятил годы архивным изысканиям и натурному изучению памятников, знает то особое, ни с чем не сравнимое чувство, которое в обиходе называют «исследовательским чутьем». Это не мистика и не слепая удача. Это высшая форма профессиональной интуиции, рожденная десятилетиями насмотренности, когда мозг, впитавший тысячи микродеталей — характерный тип личного письма, специфический наклон шрифта в инскрипте, манеру канфарения золота или характер лузги — начинает связывать разрозненные элементы воедино на подсознательном уровне. Вдруг в памяти всплывает деталь, виденная тридцать лет назад, запускается цепочка ассоциаций, ты поднимаешь старые черновики, сопоставляешь их с архивной периодикой — и мозаика складывается, открывая имя, казалось, навсегда утерянное для истории культуры.

Когда более трех десятилетий назад я только начинал собирать материалы для будущей базы данных, масштаб и сложность этой работы казались необозримыми. Однако я брался за нее с глубоким внутренним убеждением: создание «Словаря» необходимо в первую очередь мне самому, чтобы выстроить строгую систему, определиться с именами иконописцев, географией их работы, привязать анонимные памятники к конкретным региональным иконописным центрам.

Сегодня в искусствоведении нередко можно встретить концепцию, согласно которой историю искусства можно написать, базируясь лишь на вершинах — изучив наследие нескольких десятков выдающихся, первоклассных мастеров. По моему глубокому убеждению, это фундаментальная ошибка. Полноценная, подлинная история искусства невозможна без понимания реальных масштабов художественной жизни. Она должна включать в себя все аспекты: от элитарных, столичных заказов до потаенных старообрядческих мастерских, отходнических промыслов и низового, глубоко народного искусства. Каждое «скромное» имя, каждая провинциальная артель — это необходимые элементы общей картины мира. Истинное знание рождается не на пустом месте, вдруг и сразу. Оно продвигается маленькими шажками, где детали кропотливо подгоняются одна к другой, а неизбежные лакуны и ошибки устраняются последующими поколениями исследователей. Этот процесс бесконечен, но именно он формирует цельный фундамент науки.

Пример из практики: две иконы мастера В. Зайцова для купца Наркиза Грудина

Ярким примером того, как поступательно складывается эта мозаика, стала недавняя атрибуция, связавшая воедино два моленных памятника, виденных мною в совершенно разное время. Единственным связующим звеном между ними поначалу казалась лишь общая уральская фамилия автора — Зайцов (Зайцев). Однако преодоление первоначальных архивных противоречий и точечный палеографический анализ привели к подлинному открытию, полностью очистившему историческую картину от поздних искажений.

Буквально два месяца назад я пытался расшифровать надпись на иконе с просторов интернета. Первая попытка была безуспешной, но вчера мелькнула мысль: надо проверить, нет ли каких-то совпадений в надписях на других иконах. Иконописцев с фамилией Зайцов или Зайцев в моей базе больше десятка, и на двух обнаружились похожие подписи. Я стал анализировать как сами надписи, так и живописную манеру каждой из икон и понял, что они написаны одним мастером. Я был несказанно рад такой находке: соединение двух текстов давало более широкую картину, позволившую определить место написания и узнать имя заказчика обеих икон.

Итак, у меня на руках были фотографии двух икон:

1. Икона «Святитель Николай Чудотворец» с приписными фигурами Архангела Михаила и Святого Апостола Фаддея (?) на полях. Около 1870 г. Дерево, левкас, темпера, золото. Размеры: 33 × 29 см. По нижней темной опуши идет развернутая двухчастная авторская надпись черной краской: в левой части — «церк. старост. Нар. Ѳ. Грудину» (атрибутирована и расшифрована Ю. Н. Мануйловым как «Церковному старосте Наркизу Ѳеодоровичу Грудину»); в правой части — «Р.З. писалъ В. Зайцовъ». Находится в частном собрании. 

Естественно, я искал церковного старосту с такой фамилией, но увы поиски мои оказались тщетными. Что означают буквы "Р.З." было неясно. Пришлось оставить вопрос открытым.

 2. Икона «Святой Апостол Наркис и Святая Царица Александра», с благословляющим Спасителем в облаках. 1876 г. Ревдинский завод. Дерево, левкас, смешанная техника (?), золото. На нижнем поле в фигурном барочном картуше помещена каллиграфическая четырехстрочная надпись: «Написанъ сей образъ // ѿ рождества Христова // 1876го: года въ маiе К̃ (20): // Ревд: З:». На нижнем поле слева и справа от картуша с основной надписью, видны буквы, "Ц. С." и "Н. Гр.". На темном поземе справа авторская подпись: «п. В. Зайцовъ». Предназначалась для Наркиза Грудина как образ его тезоименитых покровителей. Выставлялась на форуме ХВИ (2022 г.).

Икона датирована, и судя по записи даты (20 мая), написана в предверии празднования Николы Вешнего (празднование в честь перенесения мощей святителя и чудотворца Николая из Мир Ликийских в Бар.

 Сокращение "Ревд.З"  однозначно читалось как Ревдинский завод. Ответы были и в самом сюжете иконы. На иконе изображены св. Апостол Наркисс Афинский* и святая мученица Александра**. Я понял, что заказчиком был человек с редким для русского слуха именем Наркисс. 

 * Святой апостол Наркисс Афинский - христианский святой, один из 70 апостолов, избранных Иисусом Христом для проповеди Евангелия. Впоследствии он стал епископом города Афины. 

** Святая мучница Александра - Святая мученица царица Александра Римская (Никомидийская) традиционно изображается в богатых царских одеждах и короне, что подчеркивает её земной статус супруги императора Диоклетиана.

Выявив вторую икону я понял, что "взял след" как хороший бладхаунд. При сопоставлении макроснимков двух икон все сомнения отпали. Рисунок растительного орнамента в углах полей, характерные предгрозовые клубящиеся облака под фигурами Спасителя и Богоматери, манера каллиграфии — всё указывало на руку одного и того же зрелого мастера, работавшего на Ревдинском заводе (аббревиатуры «Р.З.» и «Ревд: З:») в 1870-е годы. 

 

Разгадка имени ктитора

Но для кого писались эти образы? Обращение к авторитетному епархиальному справочнику «Приходы и церкви Екатеринбургской епархии» (издание Братства св. Симеона Верхотурского, 1902 г.) сообщает, что в 1870–1876 годах благотворителем храма во имя Архангела Михаила Ревдинского завода выступал местный купец Н. Ф. Грудинин. Фамилия похожа, но сомнения остаются. Читаю информацию о нем. В 1873 году при его активном участии разбирается старая деревянная церковь для постройки нового здания, а позже он жертвует приходу собственный двухэтажный особняк на улице Почтовой стоимостью 700 рублей для проживания священников. 

Однако подлинные документы эпохи возвращают нам историческую точность. В «Пермских епархиальных ведомостях» за 1881 год (№ 23, с. 6) тот же самый купец, пожертвовавший дом в Ревде, официально и прямо назван екатеринбургским купцом Наркизом Грудиным. Редкое, архаичное имя Наркиз и скрывалось за лаконичной литерой «Н.» в справочнике 1902 года.

Информация о нем есть в этой книге

Это строгое текстологическое тождество мгновенно раскрыло загадку инскрипта на первой иконе Святителя Николая. Аббревиатура «церк. старост. нар. Ѳ. Грудину» до этого ошибочно трактовавшееся мною как возможное - «народному старосте». Но в церковной практике такого термина не существовало. Теперь надпись на опуши получила свое объяснение и читается безупречно: «Церковному старосте Наркизу Ѳеодоровичу Грудину»! «Нар.» — это сокращение редкого имени Наркиз, а «Ѳ.» — отчества Федорович (через Фиту).

Интересно, что и на второй иконе нашлась надпись. На нижнем поле слева и справа от картуша с основной надписью, видны буквы, "Ц. С." и "Н. Гр.". Ответ теперь очевиден, надпись расшифровывается - "Церковный староста Наркиз Грудин".  

Цепочка полностью замкнулась, устранив все былые неточности. Обе иконы писались для одного человека — Наркиза Федоровича Грудина. Около 1870 года ревдинский мастер В. Зайцов пишет для него, как для действующего церковного старосты, парадный образ почитаемого в приходе — Николая Чудотворца, разместив на полях Архангела Михаила (патрона Ревдинского храма). А в 1876 году тот же Зайцов создает для него уже глубоко личную, домашнюю святыню — образ Апостола Наркиса и Святой Александры, соименных заказчику и видимо, его жене.

Так, шаг за шагом, благодаря одной точной исследовательской догадке, исправившей вековую путаницу имен в источниках, восстанавливается имя талантливого художника, реконструируется подлинная история создания этих икон.

Итак, выявлен ранее неизвестный мастер. Думаю, что рано или поздно кто-то из исследователей доберется до архивных документов в Екатеринбурге и Ревде и сможет найти следы этого иконописца. А пока известно следующее.

ЗАЙЦОВ (Зайцев) В. (работал в 1870-х гг.), иконописец, знаменщик. Представитель пореформенного горнозаводского направления уральской иконописи Нового времени. Работал на Ревдинском заводе (Р.З.) Пермской губернии (ныне Свердловская обл.). Известен по авторским подписям и датирующим инскриптам на двух моленных памятниках, выполненных для екатеринбургского (изначально местного, ревдинского) купца, благотворителя и церковного старосты Наркиза Федоровича Грудина (в епархиальном справочнике 1902 г. зафиксирован под инициалами Н. Ф. Грудинин).

Мною собран огромный массив данных и я сомневаюсь, что удастся все это опубликовать, поэтому я делюсь с моими читателями хотя бы частью моих материалов. И сегодня я размещу здесь информацию об иконописцах однофамильцах Зайцовых и Зайцевых.

Но прежде требуется пояснение, почему я включаю в этот список именно эти фамилии.

Я пытаюсь учитывать историко-палеографические и орфографические особенности фиксации русских фамилий в XVIII — начале XX века. Написание современной фамилии Зайцевы в дореволюционных документах и на авторских подписях икон имело вариативность, обусловленную живым произношением и нормами церковнославянской графики.

1. Зайцовъ / Зайцевъ. До орфографической реформы 1918 года написание фамилии через суффикс -овъ (Зайцовъ) было повсеместным и отражало традиционное произношение. Переход к унифицированному написанию через -ев- (Зайцев) происходил постепенно в течение XIX века, из-за чего один и тот же мастер в метрических книгах мог именоваться Зайцовым, а в поздних епархиальных справочниках — уже Зайцевым.
2. Почему в список включены Занцовы (Занцевы)? Включение этой фамилии обусловлено спецификой бытования мстёрского иконописного промысла и частыми палеографическими искажениями.
   • Графическое сходство: В скорописи и беглом пореформенном письме буквы «й» и «н» писались практически идентично (две вертикальные палочки с косой или провисшей перемычкой). При копировании документов или чтении трудноразличимых авторских подписей на иконах (особенно выполненных вязью на оборотах) фамилия Зайцов регулярно транслировалась исследователями как Занцов.
   • Исторические прецеденты: Ярким примером служит мстёрский изограф Зосима. В архивных описях коллекции М. П. Погодина он официально зафиксирован как Зосима Зайцев, тогда как в искусствоведческой литературе (в частности, у Н. В. Пивоваровой по памятникам ГРМ) из-за прочтения авторской вязи на обороте он опубликован под фамилией Занцов. Аналогичная путаница с буквами «й» / «н» прослеживается у мстёрских купцов-иконоторговцев и московских цеховых мастеров (например, Андрей Занцев / Зайцев).

Таким образом, разделение этих фамилий в рамках исследования уральского и владимирского иконописания невозможно, так как за ними часто стоят одни и те же исторические лица или родственные династии.

Приложение: Сводный список иконописцев, мастеров и торговцев икон по фамилии Зайцевы (Зайцовы / Занцовы)

Мстёрский иконописный центр и связанные с ним мастера

• ЗАЙЦЕВ Александр Иванович — владелец киотной мастерской во Мстёре (ум. ок. 1930-х гг.).
  • Источник: Борисов В. Список хозяйств, выбывших из Мстёры…
• ЗАЙЦЕВ (Зайцов) Василий Петров (сер. — вторая пол. XIX в.) — иконописец, мастер. Известен по белильной авторской надписи на обороте иконы-минеи на июль из обещания А. Н. Крючкова.
  • Источник: Описание лота № 354 аукциона Bonhams от 08.06.2011 г.
• ЗАЙЦЕВ Николай Прокофьевич — иконописец-платьечник (специалист по написанию одежд), работал в мастерской Белоусовых во Мстёре (нач. 1900-х гг.).
  • Источник: Устные или письменные воспоминания М. К. Колесовой (из архива Мстёрского художественного музея).
• ЗАНЦЕВ (Занцов) Алексей Владимирович (Васильевич) (18.02.1876 – ок. 1915–1917) — владелец фольгоуборного (производство фольговых окладов) заведения во Мстёре.
  • Источник: Архив ЗАГС. Семейный список № 2 от 11 июня 1907 г.; ОФЗ 1911 г. № 3063; Воспоминания Л. К. Рожковой от 20 мая 2001 г. (ЛАБВВ. № 2856).
• ЗАНЦЕВ Андрей (А.) (XIX в.) — мстёрский иконописец-старинщик (реставратор и мастер, работавший под древность), работал преимущественно в Москве. Автор подделок под XVIII в. в собрании Н. М. Постникова и строгановской копии в коллекции ректора Филарета.
  • Источник: Тарасов О. Ю. «Икона и благочестие» (с. 408); Каталог христианских древностей собр. Н. М. Постникова; Петров Н. И. Указатель Церковно-археологического музея при КДА (Киев, 1897, с. 159).
• ЗАНЦЕВ (Занцов) Иван Васильевич — купец, торговец иконами и церковной утварью «в отъезде», домовладелец во Мстёре (ум. ок. 1930-х гг.).
  • Источник: Борисов В. Список хозяйств, выбывших из Мстёры…
• ЗАНЦЕВ Василий Иванович — купец, торговец иконами во Мстёре (ум. ок. 1930-х гг.).
  • Источник: Борисов В. Список хозяйств, выбывших из Мстёры…
• ЗАЙЦОВ (Зайцев / Занцов) Зосима (упом. 1832–1838) — мстёрский иконописец-изограф и реставратор первой половины XIX века. Известен по подписным иконам «Федор Тирон» (1838), «Святой Феодор Стратилат» и «Спас Благое молчание» в собрании ГРМ.
  • Источник: Каргер М. К. (с. 119); РГИА. Ф. 789. Оп. 6 (1869). Д. 111. Л. 108 (Опись колл. М. П. Погодина); Пивоварова Н. В. «Святые и святость в старообрядческом иконописании» (СПб., 2007, с. 106–107).

Московский живописный и иконописный цех

• ЗАНЦЕВ (Занцов) И. (Иван Филиппов? / Иван Осипов?) (упом. 1831) — иконописец. Известен по подписи на иконе «Св. кн. Александр Невский» (1831 г.). Возможно, тождественен московскому цеховому Ивану Осиповичу Зайцову.
  • Источник: Натурная подпись на иконе; для гипотезы тождества — Ревизские сказки цеховых г. Москвы за 1816 г. (ЦГА Москвы. Ф. 51. Оп. 8. Д. 155. Скан 557).
• ЗАЙЦОВ (Зайцев) Иван Осипов (род. 1794, упом. 1831) — цеховой московского живописного цеха.
  • Источник: ЦГА Москвы. Ф. 51. Оп. 8. Д. 155. Скан № 557 (Ревизские сказки по 7-й ревизии 1816 г.).
• ЗАЙЦЕВ Михаил Павлов (род. 1839) — цеховой московского живописного цеха до 1874 г., позже перечислен в купечество Сергиевского Посада.
  • Источник: ЦГА Москвы. Ф. 6. Оп. 1. Д. 27. Скан № 319 (Семейный список цеховых за 1874 г.).
• ЗАЙЦЕВ Михаил Петров (род. 1837) — цеховой московского живописного цеха, из бывших дворовых людей Мусина-Пушкина.
  • Источник: ЦГА Москвы. Ф. 6. Оп. 1. Д. 27. Скан № 254 (Семейный список цеховых за 1874 г.).
• ЗАЙЦОВ (Зайцев) Даниил Харитонов (ок. 1821 – 05.08.1871) — цеховой московского живописного цеха, сын Харитона Афанасьева.
  • Источник: ЦГА Москвы. Ф. 51. Оп. 8. Д. 825 (Ревизская сказка 10-й ревизии 1858 г.); Ф. 203. Оп. 745. Д. 455 (Метрическая книга Петропавловской церкви у Яузских ворот за 1850 г.).
• ЗАЙЦОВ (Зайцев) Харитон Афанасьев (ок. 1793/1795 – 26.02.1878) — цеховой московского живописного цеха, из отпущенных дворовых людей графа Тучкова.
  • Источник: ЦГА Москвы. Ф. 203. Оп. 747. Д. 1171 (Исповедная ведомость Петропавловской церкви у Яузских ворот за 1831 г.); Ф. 51. Оп. 8. Д. 299 (Ревизская сказка 8-й ревизии 1834 г.).
• ЗАЙЦОВ (Зайцев) Иван Ефимов (ок. 1809 – 10.07.1871) — цеховой московского живописного цеха, иконописец.
  • Источник: ЦГА Москвы. Ф. 51. Оп. 8. Д. 825 (Ревизская сказка 1858 г.); Ф. 2121. Оп. 3. Д. 109А (Книга брачных обысков Казанской церкви у Калужских ворот за 1853 г.).

Уральский (горнозаводской) иконописный регион

• ЗАЙЦОВ (Зайцев) В.
  (упом. 1870-е гг.) — выдающийся иконописец, знаменщик Ревдинского завода Пермской губернии. Представитель академизированного горнозаводского направления. Автор подписных икон для купца Н. Ф. Грудина.
  • Источник: Натурные подписи на иконах; «Пермские епархиальные ведомости» за 1881 г. (№ 23, с. 6); Справочник «Приходы и церкви Екатеринбургской епархии» (1902 г.) 

Ветковский иконописный центр

• ЗАЙЦЕВ Симеон (Симон) Яковлевич (упом. 1873–1880-е) — старообрядческий иконописец, работал в местечке Ветка (Могилевская губ.). Сохранились 3 подписные иконы: «Собор Архангела Михаила» (1879), «Вера, Надежда, Любовь...» (1873) и «Покров БМ» (1880-е).
  • Источник: Каталог Нечаевой М. М. (кат. 26, с. 225); натурные подписи на памятниках из частных собраний А. Василенко и А. Никитина.

Новгородский и Северо-Западный регионы

• ЗАЙЦЕВ Я. И. и его сын ЗАЙЦЕВ В. Я. (упом. 1880) — новгородские провинциальные иконописцы. Исполнили масштабные живописные и поновительские работы в Знаменском кладбищенском храме погоста Дубровно Порховского уезда.
  • Источник: Журнал «Псковские епархиальные ведомости», 1914 г., выпуск № 19.
• ЗАЙЦЕВА Варвара Прокопьева (род. ок. 1890-х) — послушница иконописной мастерской Иоанно-Предтеченского Леушинского первоклассного женского монастыря. Из мещан г. Черикова Могилевской губернии.
  • Источник: Государственный архив Новгородской области (ГАНО). Ф. 480. Оп. 1. Д. 3976. Скан № 386 (Ведомость о монашествующих за 1914 год).

Другие исторические художники и мастера смежных специальностей

• ЗАЙЦЕВ Иван Кондратьевич (1805–1887) — профессиональный художник академического направления, педагог, из крепостных. Происходил из семьи потомственных живописцев, маляров и иконописцев Арзамасского уезда. Выпускник Арзамасской школы А. В. Ступина и ИАХ. Автор образов для Орловского собора (1836).
  • Источник: Русский биографический словарь (Т. 7, скан № 189); Кондаков С. Н. «Юбилейный сборник ИАХ» (Т. II, с. 72); мемуары художника в журнале «Русская Старина» (1887, т. II).
• ЗАЙЦЕВ Иван (упом. 1740–1741) — резчик по дереву («резных дел мастер»), работал на украшении интерьеров старого Зимнего Дворца при императрице Анне Иоанновне.
• Источник: Русский биографический словарь (Т. 7, скан № 189); журнал «Художественные сокровища России», 1906 г., с. 74.

На этом я прощаюсь.

Ваш, 

Ю. Мануйлов.